Дерево

Дерево — в народной культуре славян объект поклонения.

Дерево
Дерево

В древнерусских памятниках 11-17вв. сообщается о поклонении язычников «рощениям» и «древесам», о молениях под ними («рощением…жряху»). О существовании у славян в древности священных рощ упоминает в „Чешской хронике“ Козьма Пражский (12 в.); о священных рощах полабских славян сообщает немецкий хронист Гельмольд (12 в.). Судя по подробным описаниям подобных мест, выбранных для свершения культовых обрядов и сохранившихся кое-где на Русском Севере („кусты“), в Белорусском Полесье („прощи“) и у болгар, в начале 20 в. это были, как правило, обнесённые оградой участки леса. В этих местах почитание деревьев соединилось с элементами христианского культа. Внутри рощи находилась какая-нибудь святыня — дерево, часовня, крест и др. Рощи считались заповедными: там не рубили деревьев, не собирали хворост. В дни престольных праздников там совершались крестные ходы.

К категории почитаемых и священных относились и отдельные деревья, особенно старые, одиноко растущие в поле или вблизи целебных источников, а также такие, с которыми связано явление чудотворных икон. К этим деревьям приходили люди, чтобы избавиться от болезней, сглаза, бесплодия и др. Они приносили дары и жертвы (вывешивали на деревьях полотенца, одежду, лоскуты),молились, прикасались к деревьям. Через дупла и расщелины таких деревьев пролезали больные, как бы оставляя за пределами этого отверстия свои болезни.

Для мифопоэтического сознания славян характерно последовательное сближение дерева и храма как священных мест, где совершались обряды. Об этом свидетельствуют многочисленные предания, легенды и апокрифические рассказы (см. Апокрифы) о постройке церквей вблизи почитаемых деревьев, а также о деревьях, посаженных на месте прежней церкви: в Житии Адриана Пошехонского рассказывается, например, о чудесных целительных свойствах рябины, посаженной на могиле святого, на месте, где раньше стояла церковь. В одном сербском предании повествуется о священной сосне: когда эту сосну сломала буря, её как местную святыню поместили за иконостас в церкви. Поляки вешали на старые почитаемые деревья кресты, образки и др.

Вблизи священных деревьев совершались различные обряды. У южных славян практиковался обычай «венчать» молодых вокруг дерева (или предварять этим действием церковный обряд венчания). У сербов, болгар и македонцев многие обряды и торжества проходили у «записа» — священного дерева (обычно — дуба или плодового дерева), на коре которого был вырезан крест. В праздник, во время обхода полей с крестным ходом, священник с прихожанами совершал здесь молебен от града и засухи; здесь же устраивали праздничные трапезы, закалывали жертвенных животных, жгли костры на масленицу; вблизи «записа» освящали воду, крестили детей, давали клятвы, устраивали суды и т.п. Каждый год «запис» освящали и причащали, обновляя на нем крест и закладывая под кору ладан.

Старому дереву лесного орешника — при отсутствии священника — можно было даже  «исповедаться»: став на колени и обхватив его руками, человек каялся в грехах, просил у дерева прощение (см. Орешник).

Дубы, вязы и другие крупные деревья относились к заповедным. Запрещалось рубить их и вообще наносить дереву какой-либо ущерб: нарушение этих запретов приводило к смерти человека, мору скота, неурожаю. Такие деревья, согласно поверьям, оберегали людей от бед, а также считались «покровителями» окрестностей — сел, домов, колодцев, озёр, охраняли отграда, пожаров, стихийных бедствий.

В славянской мифологии и фольклоре известен образ дерева, являющий собой центр мироздания, ср. в заговоре от укуса змеи : «На море, на Океане, на острове Кургане стоит дуб, под тем дубом кровать, на кровати лежит девица, змеина сестрица, я к ней прихожу, жалобу приношу на казюлей, на ужей…» Такое дерево соотнесено со всеми тремя мирами (подземным, земным и верхним — небесным) и соединяет их (ср. Мировое дерево). В корнях дерева обитают змеи и нечистые духи (ср. в ст. Бузина), а вершина связывается с Богом, небом, Солнцем и птицами (ср. в ст. Верба). Известен, в частности, сказочный сюжет о дереве, по которому человек попадает на небо. В восточнославянском фольклоре он представлен сказками — небылицами о дураке, забирающемся на небо по дубу и удивляющемся чудесам, которые он там увидел (коровы дёшевы, а комары дороги и тому подобное). Согласно поверьям, дерево — это тот путь, по которому осенью змеи уходят в вырей (см. Воздвижение). Дерево, связующее земной и подземный миры, фигурирует и в западнославянских мифологических рассказах о подменённых демонами детях: чтобы вернуть себе сына, женщина относит подменыша под какое-нибудь дерево, а позже забирает оттуда своего ребёнка. На дерево забрасывали (или относили к нему) вещи, от которых нужно было избавиться — отправить на «тот свет» (предметы, бывшие в соприкосновении с покойником,старые свадебные атрибуты и тому подобное): ср. обычаи сжигать, закапывать, пускать поводе эти предметы.

Дерево, как метафора дороги, как путь, по которому можно достичь загробного мира — общий мотив славянских поверий и обрядов, связанных со смертью, ср., в частности, обрядовую фразеологию («уйти в кокорье», «глядець у дуба», «дубеть» и др .в значении «умереть, умирать»), поминальные игры, имитирующие лазание по стволу, поверья о русалках (умерших девушках или детях), спускающихся с деревьев на землю на троицкой неделе и по окончании её тем же способом возвращающихся на «тот свет» (см. Береза).

Характерны представления о посмертном переходе души человека в дерево. Так, белорусы полагали, что в каждом скрипучем ДЕРЕВЕ томится душа умершего, которая просит прохожих помолиться за неё; если после такой молитвы человек заснёт под ДЕРЕВОМ, ему приснится душа, которая расскажет, как давно и за какие грехи она заточена в это ДЕРЕВО. Сербы считали, что душа человека находит успокоение в ДЕРЕВЕ, растущем на его могиле; человек, сорвавший с кладбищенского ДЕРЕВА ветку или плод, причиняет душе невыразимые страдания, и она преследует такого человека по ночам, мучает его бессонницей и т.п. С кругом этих поверий связаны славянские баллады о заклятых людях, превращённых в ДЕРЕВО (ср. балладу о заклятии невестки свекровью: «Ты стань, сноха, там рябиною… Отростками — малы детушки»), о деревьях, выросших на могилах невинно гонимых влюблённых (ср. в балладе «Василий и Софья»: «На Василье вырастало кипарисно дерево. На Софее вырастала золота верба. Они вместе вершечками свивалися, И вместе листочками слипалися»), а также сказки о чудесной дудочке, которую сделали из ДЕРЕВА, выросшего на могиле убитого, и которая рассказала о преступлении. Эти фольклорные сюжеты относятся, как правило, к людям, умершим или погибшим молодыми, раньше отведённого им срока; их прерванная жизнь как бы стремится к продолжению в иных формах (ср. Заложный покойник).


Славянская мифология: энциклопедический словарь

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *