Душа

Всякий обряд и обычай является результатом воззрений и верований. Погребальные обычаи русских славян доказывают нам, что наши предки верили в загробную жизнь человека, верили в безсмертие. Эти верования были смутны, не отличались устойчивостью и определённостью, как во всех естественных религиях. Загробная жизнь по воззрению наших предков была подобием этой земной жизни и служила продолжением теперешнего существования человека; вот почему покойника снабжали всем тем, что необходимо и живому человеку.

Языческая дружина Игоря в 945 году клялась, что нарушивший договор “ да будет раб в весь век (да будут раби в си век и) в будущий. Следовательно, и в загробной жизни, по верованию славян – язычников, люди делились на рабов и свободных. Каковы были языческие представления относительно души, мы не знаем; об этом можно судить, до некоторой степени, по современным верованиям. Как и следовало ожидать, душа представлялась материальной. Душа по народным воззрениям подобна пару. Если в избе холодно, и виден изо рта выходящий пар, говорят: “дух виден”.

В основе русского народного взгляда на душу лежит именно понятие дыхания: дух, дыхание, душа. У римлян spiritus (дуновение, дыхание, дух, душа) одного корня с глаголом spirare (дуть, веять, дышать). У греков πνεύμα—πνέω, ψυχή,—ψύχω. У большинства народов слова дух, душа, дыхание, ветер – восходят к одному корню. Местожительство души – в нижней части шеи, где при дыхании “живчик бьётся”. Впрочем, душа может двигаться по всему телу: может перемещаться в грудь, живот и проч. Известное выражение: “душа в пятки ушла”, вероятно, первоначально не имело иронического значения. Душа по смерти человека, а иногда и при жизни (во время сна, обморока и особенно у колдунов) может принимать разные формы. Так, по древнему и современному верованию, душа представлялась в виде ветра, в образе птицы, бабочки, мухи, летучей мыши. Клингер в своём труде “Животное в античном и современном суеверии” собрал огромный материал в подтверждение положения, что в сознании многих народов и в разные времена животные признавались, как образ человеческой души.

Но среди русского народа слабо развито верование “в животное – душу”. “С развитием сознания о человеческом достоинстве представление души в своём развитии у предка приняло форму антропоморфическую”, говорит свящ. Соболев. Но мы полагаем, что древние представления о душе могли быть, скорее всего, антропоморфического характера, так как представить себе душу легче всего в человекообразной форме. Верование в животное-душу весьма древнее, но оно могло появиться только тогда, когда человек начинает анализировать своё представление о душе, находя, что душа имеет какие-то другие свойства по сравнению с человеком. Так, по крайней мере, можно думать относительно русских славян, языческая религия которых была в значительной мере ясно выраженным культом предков (и культом природы, о чём мы здесь не говорим). Наши предки верили, что покойники (души умерших) сохраняют все потребности живых: они пьют, едят, моются в бане. В могилу покойников клали (да и кладут) предметы первой необходимости для живых: пищу; одевают покойника в новые лапти, чтобы они ему долго служили; детям в могилу кладут баранку и конфетку и проч. Мы уже говорили, что по народным верованием души некрещёных девочек обращаются в русалок, а некрещёных мальчиков в леших.

Несомненно, есть верования, что душа может принять вид животного: жена просит умершего мужа навестить её в виде заюшки; в сказке мать по смерти помогает своей дочери в виде коровушки-бурёнушки. Полагаем, что здесь мы имеем дело не столько с верованием в животное-душу, сколько с верованием в оборотничество вообще: если человек может делаться оборотнем при жизни, то почему же им не быть и по смерти, на “том свете”, который так похож на этот свет ? В оборотне видоизменяется не душа, а весь человек; его тело принимает иной, обыкновенно, звериный вид. Наконец, мы знаем, что даже в христианский период покойники представлялись нашим предкам духами, злобно настроенными к живым, невидимыми, но реальными существами: под 1092 г. в летописи записано, что “навья уязвляли (били) полочан; самых навий не было видно, но кони их оставляли следы копыт”.


Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *